Татьяна Юкиш родилась и выросла в Петропавловке-Камчатском, училась во Владивостоке на факультете журналистики (2004). Работала там на телевидении — вела субботнюю утреннюю программу. В 2006 году переехала в Москву, работала обозревателем в журнале «Финанс». Окончила сценарный факультет ВГИК, мастерская Инина и Павловской (2012). Пишет сценарии, прозу. Живёт в подмосковном поселке.

Ольга Французова родилась в Москве, окончила Московский Государственный Строительный Университет по специальности инженер систем автоматизированного проектирования в строительстве (2009). В 2016 году открыла клуб юного химика в Мытищах. Разработала авторскую программу кружков для детей с проведением экспериментов по химии и физике. Любит свою работу и не останавливается на достигнутом. Живёт в подмосковном посёлке.

 


Большое открытие в жизни маленького Даниэля. Опыт рационального использования ресурсов и поиски электричества в картошке

Татьяна Юкиш // Формаслов
Татьяна Юкиш // Формаслов

Федя Иванов появился в подмосковном посёлке в начале октября: они с мамой переехали из Мурманска. Дело в том, что маме нужно было писать докторскую диссертацию и она устроилась на работу в один из московских исследовательских институтов, а чтоб быть поближе к Москве они поселились в Подмосковье. Ну вот, собственно, мама каждый день ездила по два часа туда и по два часа обратно, а Федя ходил в ближайшую и единственную школу. В тот класс, где училась вторая героиня нашей истории — Юлиана Гальвес Рибейро. Необычная фамилия для Подмосковья, согласитесь? Да и имя — Юлиана — тоже надо поискать. Только ни при каких обстоятельствах не называйте её Юлей, там, или Аней, ни-ни! Это совершенно разные имена! В крайнем случае — Юлианчик…

Так вот они подружились, хотя на первый взгляд не имели ничего общего. Например, Юлиана была самовлюблённой девицей — отличницей из отличниц — из тех, у которых получаются лучшие поделки, контрольные по математике и двойные тулупы. Её мама не хотела, чтоб дочь росла «дворовым овощем» и поэтому девочке приходилось каждый миг проживать с пользой для здоровья и интеллектуального развития: она четыре раза в неделю ходила на фигурное катание и четыре раза — в музыкальную школу на фортепиано; усиленно занималась английским языком и посещала театральную студию.

Ольга Французова // Формаслов
Ольга Французова // Формаслов

В отличии от подруги, Федор, довольно часто получал тройки, терпеть не мог кружки, зато до поздней осени ходил в бордовых конверсах и никогда не носил шапки. Кроме того, он не любил общественного внимания до такой степени, что однажды упал в обморок, выступая перед первоклашками. А Юлиана, как вы поняли, обожала быть в центре абсолютно всех событий.

В общем, они сдружились, во-первых, потому что так бывает довольно часто, а во-вторых, они жили по соседству: и в школу, и из школы они ходили одной дорогой — Федя — до своей пятиэтажки, а Юлиана — до своего коттеджа.

В середине октября у Феди появился Граф. Вот как это было. Они с мамой пошли в собачий приют, и мама сказала парню, который там работал, что им нужен не какой-нибудь балбес, но аристократ духа.

— Я надеюсь, вы понимаете, о чем я? — мама приподняла бровь.

— Абсолютно! — задорно ответил парень, тряхнув зелёной чёлкой. — Мы других и не держим. Хотя сейчас полно шавок с покупными родословными, для вас есть один самый настоящий Граф.

И он вывел из вольера рыжее, длинноногое существо с большими ушами обрамлёнными кудряшками.

— Мадам, позвольте вам представить, Граф де ШарИк (с ударением на последний слог).

Граф сел и на секунду склонил голову, как будто кивнув в знак приветствия.

— Манеры потрясающие! — заметила мама и, обращаясь ко псу, сказала: — Ваше Сиятельство, не соблаговолите ли Вы пойти с нами?

Сиятельство встало на четыре лапы и так вильнуло хвостом, что тот чуть не оторвался: оно соблаговолило изо всех сил! Так у них и появилась собака.

И вот сейчас Граф с мытыми лапами сидел в прихожей Гальвесов Рибейро. Его не оставили в сенях, что означало — родителей нет дома, но даже когда их не было, Графу не разрешалось проходить дальше. Пёс прекрасно понимал правила и терпеливо ждал прихода своего любимца — Даниэля — младшего брата Юлианы, чтоб немедленно эти правила попрать и броситься к нему в комнату.

Федя, сидя на кухне, уничтожал неликвид из маминой пекарни. Да, у мамы Юлианы была своя малюсенькая пекарня: она сама придумывала рецепты к праздникам и тестировала их заранее. И не зря! У сегодняшней партии новогодних коричных кексиков, например, отвалилось дно. Когда такое случалось с кексиками, папа называл их «бездонными».

Вернувшись из школы, Даниель набросился на Графа, сгреб его в охапку, насколько это возможно, и усвистел с ним в комнату. Федя же продолжал беззаботно поглощать бездонные кексы, а Юлиана разбирала посудомоечную машину — все были заняты делом.

Девочка открыла один из шкафов и запихнула туда большую кастрюлю. Это был специальный шкаф, где хранились эта кастрюля и разные технические припасы: батарейки, скотч, изолента.

Федя привстал и ахнул, глядя на целые штабеля батареек:

— Да тут просто склад! Зачем вам столько?

— Мы по акции их покупаем, — не без гордости объяснила Юлиана, — мама любит атмосферное освещение, а оно создается с помощью дополнительных источников света.

Юлиана пошла по дому и стала включать маленькие светильники: фонарики, ангелочков, притаившихся в самых укромных уголках.

— Видишь? Нужно много батареек. Папа следит, чтоб батарейки работали. У меня, кстати, в ночнике батарейки сели, надо ему сказать.

Девочка вернулась к посудомоечной машине. Федя наблюдал за ней с потерянным видом.

— Вы хоть представляете, как вы засоряете природу? — он был так расстроен, что даже передумал есть пятый бездонный кекс.

— Что ты! — возразила Юлиана. — Мы их сдаем в специальное место!

И открыла другой шкаф, где стоял контейнер, наполовину забитый батарейками. Федя глянул туда и вздохнул:

— Мощно! Полное искривление сознания.

— Что? — не поняла Юлиана.

— Отличный опыт есть, говорю, вот что, давно хотел сделать.

Искра блеснула в его глазах. Впрочем, как всегда, когда он говорил об опытах. Здесь мы немого остановимся и расскажем о самом главном Федином секрете: о его страсти к химическим экспериментам. У мальчика есть странное увлечение — каждый день делать по одному химическому опыту. Эта потребность настолько сильная, что Юлиана уверена: за опытами стоит какая-то страшная психологическая травма!

Пока она так рассуждала, Федя спросил:

— Проволока имеется?

— Ну допустим, — она мотнула головой.

— И картошка нужна. И пластилин. Не, лучше скотч.

Федя, Граф, Даниель и Юлиана сидели в её комнате на полу: перед ними лежали три дохлые картофелины. Оказалось, что у Гальвесов Рибейро нет погреба для картошки.

— Вот скажите мне, зачем строить дом без погреба для картошки? И без собаки? А? Смысл в чём? — недоумевал Федя.

— От собак — волосы! — заявила Юлиана, её раздражал такой тон. — А картошку можно в магазине купить, или у соседей попросить.

— Ага, а собаку у кого? Наверное, у Деда Мороза? — усмехнулся Федя.

— Дааа? — Даниэль удивился простоте такого замечательного вывода и обнял Графа за шею. Родители были против животных в доме, но Дед Мороз…

Федя, продолжая разбирать ночник, иронизировал:

— Похоже, что Дед Мороз — единственная надежда! Это ведь настоящее чудо, найти картошку в этом доме!

Наконец, ночник развалился, и мальчик перешёл к опытной части:

—Значит, так, одна штука дает примерно пол вольта, но это в теории… У нас где-то полтора вольта… Хотя лампа тут небольшая…

Федя вставил провода в каждую картошку, и примотал контакты к светильнику скотчем.

— Руби свет! — скомандовал он и замкнул цепь.

Юлиана выключила свет, в комнате стало темно.

— Не горит, — сказал Федя.

— Не горит, — Юлиана вздохнула, придётся идти к соседям за картошкой.

Вскоре она вернулась и протянула четыре клубня. Федя был возмущен:

— Да что же это за презрение такое к старой доброй картохе? А?

Юлиана знала ответ, ведь правильное питание было «одним из важнейших условий гармоничного развития ребенка», как говорила её мама.

— Так она совершенно бесполезна — сплошные углеводы.

Федя посмотрел на неё строго, его мама хоть и была врачом гастроэнтерологом никаких претензий к этому корнеплоду не имела, но, честно говоря, у неё не было и времени чистить овощи: кроме научно-исследовательского института она работала еще в двух медицинских центрах, поэтому в их семье отдавали предпочтение вкусным и питательным макаронам, которые варил он сам.

— Углеводы?! Да она спасла от голода миллионы людей. Ей даже памятники ставят! Ладно, что с вас взять! Раз у вас миллион батареек, то и лампочек, наверное, есть запас?

Запас действительно был: Гальвесы Рибейро знали цену деньгам, и если была какая акция в магазине, то они покупали на всякий случай и много. Федя выбрал лампу наименьшей мощности.

Ещё четыре картошки было присоединено к светильнику.

— Тадям!

Юлиана выключила свет, но ничего не произошло. Лампа не работала.

Федя обувался в прихожей — у него дома был мешок картошки.

— Графа домой отведу — вдруг твои родители вернутся.

Даниэль, передавая Графа, спросил у Феди с надеждой:

— Как думаешь, Дед Мороз и правда может подарить собаку, если попросить? — он уцепился за эту мысль. Ведь Дед Мороз действительно приносил самые желанные и дорогие подарки: главное соблюдать простые правила, и быть хорошим мальчиком. А Даниэль к этому стремился: он занимался и английским, и айкидо, а в этом году начал ходить на скрипку.

Тогда Федя сказал, как можно серьезнее:

— Если Дед Мороз сможет уговорить твоих родителей, то обязательно подарит.

Пять минут — и Федя бежал с пакетом картошки обратно.

— Вот! — он высыпал на пол кучку мытых клубней. — Точно должно хватить!

Картошины, замкнутые в цепь, образовали на ковре приличный лабиринт около 10 метров длиной! Федя посчитал шагами и даже сфотографировал на телефон, хоть он и не любил эту суету с фотками, но лабиринт оказался достоин портрета! Он впечатлил всех, кроме… лампочки. Она тлела едва заметным огоньком! Ей, по всей видимости, было до лампочки.

— Может лампу поменьше? — предложила Юлиана.

Но в семейных запасах меньшего размера не нашлось.

— Нужен светодиод! Давай выломаем откуда-нибудь?! — воскликнул Федя. — У вас ведь много замечательных атмосферных источников света!

Юлиана тоже вошла во вкус, ей во что бы то ни стало хотелось запустить картофельное электричество:

— Ангелочек подойдет?

Выломать светодиод не удалось: пришлось замкнуть цепь прямо на ангелочке и —он вспыхнул! Лёжа на полу, окружённые картофельной цепью Даниель, Юлиана и Федя чувствовали себя первооткрывателями электричества!

— Все-таки электричество — это так круто! — резюмировала Юлиана. — Что ты имеешь против батареек? Ведь мы сдаем их куда положено. Мы заботимся о природе!

Феде было лень отвечать. Он как будто взвешивал: поймет Юлиана — не поймет.

— Ничего не имею против, — мальчик взял одну и поднёс к огоньку, металлический бок батарейки блеснул. — Вот она! Это алкалиновая, щелочная. В ней есть ядовитая щёлочь. А, например, в плоских круглых батарейках — металл литий — тот ещё яд. Одна батарейка отравляет несколько кубов земли. Выкидывать её точно нельзя! Перерабатывать? Только специальное оборудование. Завод! Каждый день заводу нужны несколько тон таких батареек. Это что ж их собирать? Везти грузовиками? Невыгодно это, короче. Мало их перерабатывают. Очень мало. И теперь вопрос: стоит ли атмосферное освещение всех этих упражнений? Стоит?

— Не-сто-ит! — отчеканил Даниэль.

— Что ж нам теперь картошку использовать для гирлянд на Новый год? — Юлиана была реалисткой.

— Так у вас её и нет! А вот розетки есть. Лучше такие вещи как гирлянды к розетке подключать. Природу загрязняют именно вот эти бестолковые одноразовые штуки, — он кивнул на жалкого разломанного ангелочка.

Опыт «Электричество в картошке»

Материалы и оборудование. Картофелины — несколько штук; оцинкованные гвозди или шурупы; кусочки меди, например, от медной проволоки; провода; один светодиод.

Ход работы. В картофелину воткнуть электроды: с одной стороны — кусок меди (например, медную проволоку, очищенную от защитного пластика), с другой — оцинкованный гвоздь. К электродам присоединить провода, к проводам — контакты светодиода. Далее можно действовать экспериментальным путём, и просто включать в цепь новые звенья из картошки для того, чтоб лампа загорелась. Как только она начнёт светиться, то новые звенья могут добавлять яркости её свечению. Если у вас вдруг есть вольтметр, то можно измерить напряжение, которое даёт одна картофелина (или её часть!). Скорей всего оно меньше одного вольта, но светодиод работает при минимальном напряжении и даже 2,5 вольт будет достаточно. Обычно на светодиодах не указывается мощность, так что устанавливать допустимый для них уровень напряжения в цепи всё равно придётся опытным путём — подключением новых картофелин.

Примечание от Феди. Клубни можно было разрезать на части и в каждую воткнуть электроды, а не бегать по посёлку в поисках картошки. Сразу не догадался!

Откуда электричество в картошке?

Движение электронов или ток возникает в картофельной батарейке в результате окислительно-восстановительных химических реакций, которые происходят между картофельным соком и металлом. Цинк и медь в данном случае обладают противоположными свойствами: цинк в результате окисления отдает электроны, а медь притягивает. Наверное, вы замечали на батарейках значки плюса и минуса? Так вот, в картофельном случае цинк будет концом со знаком минус, или анодом, а медь — со знаком плюс, или катодом.

Сила тока во фруктах и овощах не зависит от их размера, но может зависеть от площади поверхности металла, погружённого в мякоть, и химических свойств сока каждого отдельного овоща. Почти все фрукты и овощи обладают электролитическими свойствами, то есть соли, растворённые в овощных и фруктовых соках, могут отдавать электроны и проводить ток! Для сравнения, дистиллированная вода (вода, очищенная от солей) не может проводить электричество.

Батарейки вредны или полезны?

Современные эффективные батарейки и аккумуляторы содержат едкие щёлочи и ядовитые тяжёлые металлы: магний, марганец, кадмий, никель, свинец. Они спрятаны в герметичную упаковку и не представляют опасности у нас дома. Но! Жизнь батарейки коротка, и когда начинается процесс её разгерметизации, все высокотоксичные вещества попадают в окружающую среду. Одна маленькая батарейка загрязняет несколько кубометров пространства: брошенная в лесу — землю, попавшая в мусор — городскую свалку. По статистике Роспотребнадзора московская семья выкидывает в среднем полкилограмма батареек в год. А в Москве несколько миллионов семей! Несколько тон батареек могут нанести серьёзный урон окружающей среде, но для перерабатывающего завода этого количества довольно мало. Выходит, что перерабатывать батарейки сложно и невыгодно. Скорей всего, те батарейки, которые вы относите в специальные контейнеры, просто будут захоронены должным образом как опасные отходы. Поэтому самый эффективный способ борьбы с ядовитыми отходами — не создавать их.

Советы от Феди (и Роспотребнадзора тоже).

1.Не используйте батарейки! Выбирайте приборы, работающие от сети.

2.Купите аккумуляторные батарейки: их можно перезаряжать иногда более тысячи раз. Если батарейки нужны постоянно, то аккумуляторы еще и сэкономят вам деньги! Всё многоразовое всегда экологичнее одноразового.

 

Виктория Татур
Виктория Татур — детский писатель, редактор отдела детской литературы в журнале «Формаслов». Родилась в Ташкенте в 1985 году. Окончила РГПУ им. А.И. Герцена, филологический факультет. Автор книг для детей: «Нанозавры» (Формаслов), «Софи и волшебная лента» (Нигма), «В Пупках и не такое бывает» (Волчок), «Новогодний калейдоскоп и легенды Дрыгунца», «Ульрик, кто же ты?» (Детская литература), «Рассказы из лужи с питьевой водой», «Смотри, как я могу», «На макушке лета». Член Cоюза писателей России. Победительница литературных конкурсов «Хрустальный родник», «Первая книга», «Живой родник», «Стилисты добра». Специальный диплом литературной премии «Справедливая Россия». Вошла в шорт-лист премии Левитова. Участница различных литературных форумов в Химках, Липках и др. Публиковалась в журналах «Путеводная звезда», «Простокваша», «Лиterraтура», «День и ночь», «Кольчугинская осень», «Волга XXI век», «Соты», «Симбирскъ» и др.